Вспоминая Марка Белодубровского

Люди старшего поколения хранят в памяти замечательный цикл документальных телепрограмм актёра Леонида Филатова «Чтобы помнили». Он стал важнейшим культурным явлением, напомнившим зрителям имена ушедших и незаслуженно забытых актёров. Потому, что надо помнить тех, кто своим творчеством, нравственным и духовным посылом, высоким профессионализмом держали планку советского искусства. Сродни этому замыслу стал сбор преподавателем Брянского колледжа искусств Татьяной Михайловной Майдановой архивных материалов и воспоминаний для книги о брянском музыканте, композиторе, педагоге, искусствоведе и просветителе Марке Ефимовиче Белодубровском (1941–2022). Книга готовится к выпуску, в ней множество воспоминаний очевидцев деятельности М. Е. Белодубровского, его коллег и учеников, музыкантов, журналистов, художников. В их числе и воспоминания вышеозначенных авторов.

__________________________

М. Белодубровский родился в 1941 году в Брянске, начальные уроки скрипичной игры получал у матери, Александры Васильевны, преподавателя детской музыкальной школы, а в 1960 году окончил специальную музыкальную школу-десятилетку при Ленинградской консерватории по классу В. Шера (скрипка) и С. Вольфензона (композиция). В консерватории учился на двух факультетах: как скрипач и как композитор у профессоров В. Шера, М. Комиссарова и О. Евлахова. В 1965 году М. Белодубровский вернулся в Брянск. На многие годы его жизнь связана с родным городом. В Брянской филармонии он создаёт струнный квартет, инструментальное трио, становится преподавателем Брянского музыкального училища по классу скрипки, камерного ансамбля, теоретических дисциплин.

У нас нет цели писать о М. Белодубровском как о композиторе, это огромный пласт творчества, которым следует заниматься отдельно и глубоко. Мы сосредоточились на другом.

Мои воспоминания о музыканте датируются более поздним периодом — с 1980 года, когда я приехала работать в Брянское музыкальное училище. Марк Ефимович вел у всех студентов-теоретиков, с которыми мне довелось заниматься, курс современной музыки. Считаю, что им очень повезло, поскольку дисциплину преподавал не музыковед, а именно композитор, заинтересованный в приобщении к современной музыке, умеющий объяснить её особенности, её язык, и главное — пишущий сам, непосредственно являясь представителем современности. Думаю, личность педагога, его харизма, его умение заинтересовать предметом, ненавязчиво погрузить в то, что самому интересно, весьма благотворно повлияли на формирование будущих музыковедов.

Но главное, о чём хочется много говорить — просветительская деятельность Марка Ефимовича Белодубровского, переоценить которую невозможно, поскольку она бесценна. Важность просветительства со временем понимают, наверное, многие практикующие педагоги, поскольку ощущают острую нехватку общего кругозора не только в подрастающем поколении, но и у многих взрослых. В своё время, так, подчиняясь интуитивным ощущениям необходимости просветительства, появился и наш интернет-проект «Музыка в заметках» с множеством рубрик и публикаций на разные темы, к которому присоединились авторы из разных городов России и других стран.

Брянский городской клуб искусств «Аподион», организованный Марком Ефимовичем в 1978 году, инициатива очень оригинальная и полезная для жителей города.

Вот, что пишет об этом сам М. Белодубровский: «Несколько человек, страдающих от отсутствия настоящего творческого дела, после вуза решили выступить в клубе журналистов (т.е. в редакции областной газеты «Брянский рабочий»). Так начались музыкальные вечера, впоследствии перешедшие в музыкально-литературные. Затем директор художественного музея обратилась с просьбой связать музыку с художественной выставкой. Небольшое количество публики нас не устраивало. Отсюда появился зал музучилища, где директор не был против наших вечеров.[…] Но в организации клуба искусств с самого начала нами руководило не только стремление реализовать свой творческий потенциал, любовь к искусству, но и убеждение в том, что искусство воспитывает людей. Часто, соглашаясь с этой идеей теоретически, практически мы немного делаем в этом направлении, может быть потому, что не сознаем всей силы воздействия искусства, или внутренне недостаточно верим в его силы. И в то же время мы знаем об особой силе воздействия искусства в связи с его воздействием на эмоции человека, в связи с его спецификой как бы впечатывать свои образы в наше сознание. Исходя из этого, мы подумали: почему бы нам не попробовать изменить положение хотя бы в нашем маленьком пятачке, тем более, что этих изменений настоятельно требует имеющий место среди определенной части людей настрой бездуховности, выражающийся в прагматизме, вещизме, потребительстве всех сортов и т.д.?

Из всего этого сложилась наша основная задача: нахождение форм, способствующих усвоению классического наследия и современного серьезного искусства, несущего большие идеи, высокие чувства[…]

… Дух формы и содержания вечеров отражается в содержании клуба. «Аподион» — составное от принятого деления искусств на аполлонические и дионисийские, или, иначе говоря, от двух начал в искусстве — аполлонического и дионисийского.¹ Более подробно об этом в книге В. П. Михайлова «Витрувий и Эллада». Таким образом, название гарантирует разнообразие или синтез искусств».

Такая концепция нашла широкий отклик у публики. В работе клуба «Аподион» участвовали журналисты (Т. Ривкинд, З. Корехова), преподаватели музыкального училища Р. Горбачёва (Демьянкова), В. Азаров (звукорежиссёр), Т. Майданова, Л. Северина, Е. Козловская, И. Подметина, Л. Урусова, В. Ковальская, Н. Кучерова и другие, музыковеды С. Кудрявцев, С. Башкатов, фотографы С. Демьянков, А. Поддубный, В. Фроликов, художники В. Провидохин и В. Луневский, скульптор Г. Копий, многие актёры драматического театра, поэт И. Непомнящий и многие другие, перечисление которых не представляется возможным, поскольку нам не довелось посетить все вечера клуба.

Зал музыкального училища всегда был полон, исполнение малоизвестной музыки педагогами и самим Белодубровским-скрипачом с предварительным рассказом о ней, чрезвычайно демократичная атмосфера этих вечеров — всё это запомнилось надолго.

Вспоминается один из вечеров, тема которого «Пятеро великих неизвестных». Идея разговора о «неизвестных» возникла у М. Е. Белодубровского в связи с барельефными портретами пяти композиторов, которые в то время украшали фойе перед концертным залом. Это были портреты советского композитора Д. Шостаковича, венгерского Б. Бартока, британского Б. Бриттена, американского Дж. Гершвина и французского К. Дебюсси, выполненные брянским скульптором, членом Союза художников России (СССР) Григорием Павловичем Копий по заказу администрации училища.

И снова мы обращаемся к материалам будущей книги: «К сожалению, сейчас уже никто не помнит, кто был автором самой идеи создания портретов (заказ был получен скульптором от директора училища Г. В. Логвинова) и, главное, автором списка композиторов. Когда обращаешь взгляд назад, то сами имена в этом списке поражают: в самые «глухие» советские времена музыка этих четырех западных композиторов в стране вообще не звучала, а Д. Д. Шостакович был у властей также не самым любимым композитором. Но в Брянске, в провинциальном музыкальном училище на стене общественного пространства, на самом, можно сказать, почетном месте возникают не традиционные портреты Баха, Бетховена и Чайковского, а некие «неизвестные»…

От себя скажу, если быть точными и справедливыми, музыка этих композиторов всё-таки звучала, не столь часто, как хотелось бы, но не замалчивалась совсем. Биографии четырёх зарубежных композиторов и часть их произведений изучалась в консерваторском курсе истории зарубежной музыки, поскольку совсем умолчать о музыкантах, чья музыка звучит во всём мире, с одной стороны, невозможно, с другой, по меньшей мере, неразумно.

Другое дело, что популяризации творчества этих композиторов не было. Тем ценнее брянский опыт клуба «Аподион», тем интереснее и не тривиальнее выглядело фойе с барельефными портретами перед залом…

Возвращаясь к событию: по просьбе Марка Ефимовича, Григорий Павлович выступил на заседании клуба и рассказал, как велась работа над портретами композиторов, какую музыку он при этом слушал. Затем прозвучали произведения великих «неизвестных». К сожалению, при очередном ремонте, портреты были демонтированы следующей администрацией музыкального училища без ведома автора. Так у нас относятся к авторским правам. Дальнейшая судьба их неизвестна. Фотографий этой работы художника, к сожалению, не сохранилось, о чём мы писали ещё в 2017 году в материале «Скульптура как способ общения. Григорий Копий».

Григорий Павлович был давно знаком в М. Е. Белодубровским, выполнял по его просьбе к одному из вечеров «Аподиона» карандашный портрет Д. Шостаковича. Художник рассказывает, что они часто беседовали, обсуждая категории содержания в разных видах искусства, красоты в искусстве, эстетизации безобразного, именуемой «новым романтизмом» и т.д.

Задумав композиционный портрет «Музыкант», Григорий Павлович пригласил Марка Ефимовича в мастерскую позировать ему. Такие сеансы как нельзя лучше располагали к неспешной беседе об искусстве, к философским дискуссиям, а иногда и просто к гармоничной тишине и обдумыванию… Художнику было важно передать облик музыканта через жест и мимику. Скульптура, отлитая из металлического сплава, экспонировалась на многих художественных выставках Советского Союза и, впоследствии, России.

Позднее в рамках просветительской работы Марком Ефимовичем был организован ежегодный фестиваль современного искусства им. Н. Рославца и Н. Габо. Популяризация творчества Н. Рославца в Брянске, организация концертов его музыки в Москве, статьи о композиторе в ведущих музыкальных журналах — всё это заслуга М. Е. Белодубровского. Эскизные портреты Н. Рославца Г. П. Копий также начинал делать, но отъезд из Брянска в Нижний Новгород помешал этой работе.

В целом, вспоминая Марка Ефимовича, оценивая его вклад в культуру Брянска, можно сказать, что городу необычайно повезло. Хотя бы по той причине, что из Ленинграда-Петербурга обычно не возвращаются. А он отдал должное сполна своей малой родине.

______________________________

Ниже мы приводим замечательный фильм Владимира Юрьевича Азарова — преподавателя музыкальной литературы, главного собирателя грандиозной по советским временам фонотеки, звукооператора, одного из первых «аподионовцев». Его, к сожалению, не стало в 2023 году. Ему принадлежит множество фотографий и несколько фильмов, благодаря которым во многом сохранилась история Брянского музыкального училища. Последний подарок от него — этот замечательный, очень тонкий, фильм о М. Е. Белодубровском, который был еще его дипломной работой в Ленинградском институте культуры (из поста в ВК Т. М. Майдановой).

И ещё, именно этот фильм нам захотелось обнародовать в нашем издании, он стал отправной точкой нашей подготовки материала «Вспоминая М. Белодубровского». Мне, работавшей в БМУ почти 11лет, скульптору Г. П. Копий, отдавшему г. Брянску 24 года жизни, очень захотелось выразить наше доброе отношение чудесным светлым людям, так много сделавшим для культуры города, а также отдать должное этому счастливому периоду нашей деятельности и нашего бытия.

_______________________________

¹_{Формулировка ницшеанской идеи бинарности искусства (единства и противоположности хаоса и гармонии) нашла отражение в Дневнике М. Белодубровского, где он пишет: «Аполлоническое начало: 1.Гармония и спокойствие, светлое начало и результат светлых сторон духа. 2.Рожденное мыслью, сознанием. 3.Стремящееся остановить момент, поставить идею и образ вне течения времени (что больше свойственно пространственным искусствам: живописи, скульптуре)}

_{Дионисийское начало: 1.Хаос, взрывчатость, кипучесть, темное, глубинное начало в человеческой личности, приближающейся к крайним пределам человеческих переживаний («таинственная сила, которую все чувствуют, но ни один философ не может объяснить» — Гете о Паганини). 2.Рожденное страстью, непосредственным проявлением жизненного импульса. 3.Стремящееся к изменению, напоенное движением, стремлением, проявляющееся в бурно проносящемся времени (что более свойственно временным искусствам — музыке)».}

___________________________________

Владимир Азаров. Композитор Марк Белодубровский